Тьютор: профессия, которой нет

Мы встретились с человеком, профессии которого долгое время в Беларуси просто не существовало, и только сейчас в узких кругах она начинает называться своим именем — тьютор. Но в трудовой все еще числится под другим названием. Об особенностях профессии, «необычных» детях и подходах в их воспитании читайте в этом интервью с Анной Калиновской.  

— Аня, расскажи, на кого ты училась и чем занималась?

— Я проучилась 3 курса в Минском государственном колледже искусств, год была в академическом отпуске, а потом туда так и не получилось вернуться. Сейчас доучиваюсь на психолога в БГУ.

— Как ты попала в Мастерскую доброго дела Autism Inside out? И вообще познакомилась с проблемой аутизма?

— У знакомой моей мамы есть сын. Ему поставили предварительный диагноз. Тогда она стала активно погружаться в тему, присоединилась к родительскому сообществу и узнала о такой профессии, как тьютор. Позже рассказала мне, что есть необходимость в таких людях. А я как раз думала найти подработку и потихоньку начала исследовать этот вопрос сама. С сентября я пошла работать тьютором в школе (официально у нас пока такой профессии нет, так что я устроена как помощник воспитателя), а позже меня пригласили в Мастерскую доброго дела. Сначала я очень боялась, но, к счастью, рядом часто находится прекрасный специалист, с поддержкой которой я чувствую себя увереннее и быстрее могу учиться и совершенствоваться как профессионал. Она указывает на неточности в моей работе, делится опытом, мы всегда можем обсудить возникающие трудности.

— Занятия у вас проходят платно или бесплатно?

— Родители не платят за занятия. Мне кажется это правильно. Многие дети, к сожалению, не получают квалифицированной помощи и мы пытаемся сделать так, чтобы у них была такая возможность:  просто прийти и пообщаться, научиться чему-то, в конце концов просто получить удовольствие.

Все, что мы делаем — мы хотели бы делать и дальше. И, конечно, хотелось бы, чтобы мы смогли уделять этому больше времени, чтобы количество детей, которым мы можем помогать только увеличивалось. И вообще, чтобы эта помощь стала еще более глобальной.

— Сколько времени нужно такому ребенку на адаптацию, социализацию?

— Это всё очень индивидуально и зависит от степени сложности нарушений, от того, какая коррекционная работа проводится с ребенком, от уровня профессионализма людей, которые с ним работают. Только недавно детей с такой проблемой стали пускать в общеобразовательные школы. А для них это просто необходимо. Если они остаются дома, то получается вторичная аутизация, потому что у ребенка и так нарушен контакт с миром, а его еще и ограждают от него. И как научиться общаться, если  тебе этого делать не дают?

— Как правильно воспитывать таких детей? Какие практики существуют на Западе и, так скажем, в более развитых странах?

— Весь мир стремится к инклюзии. Если просто сказать, то это наверное лозунг «Мы разные, но мы вместе».

Это когда тебе дают возможность реализовать себя с теми твоими возможностями и талантами, которые есть сейчас, а не говорят, чтобы ты сначала всего достиг, а потом приходил.

Это то, чем мы и занимаемся, помогаем, когда это нужно, и отходим в стороны, когда ребенок справляется сам. Вообще понятно, что обычно у этих детей не все в школе получается и им нужна дополнительная помощь. В школе, где я работаю, я часто вижу, как им помогают другие дети. Нужно иногда объяснять остальным ребятам, что происходит, почему их одноклассники ведут себя по-другому. А иногда может это и не нужно, может не столь и важно, они просто помогут без лишних вопросов.

— Сталкивалась ли ты с проблемами в социуме, имею в виду реакцией наших людей на «особенных» детей?

— Да, иногда даже педагоги реагируют на их необычное поведение излишне, потому что не знают, что у ребенка особенности. Люди просто не сталкиваются с этим никогда в повседневной жизни. С этим у нас большие проблемы. Но я думаю, что когда дети с аутизмом начинают появляться в обычных школах, то и дети, и педагоги, и просто окружающие люди видят их и начинают больше понимать. И со временем, я очень надеюсь, принимать.

— Чем ты хотела заниматься в детстве?

— Прошло уже 4 года, как я сменила профессию. 12 лет я занималась музыкой и хотела стать музыкантом. И для меня это был целый мир. Это была моя профессия, мое хобби. Потом было очень сложно понять, в чем мое призвание — и журналистика, и фотография, много всего перепробовала. Но сейчас я чувствую, что я на своем месте.

— Планируешь ли ты когда-то иметь своих детей?

— Я хотела бы. Когда-то. Но если жизнь так сложиться, что нет, то я всегда знаю, что есть кто-то, кому нужны мои силы и моя любовь.

— Чувствуешь ли ты какую-то особую связь со своими подопечными?

— Наверное. Я пока не научилась до конца разграничивать, понимать, что работа – это работа. А может, поэтому и есть результаты, и хочется продолжать. Я знаю, что я должна тут оставаться. Для меня это важно. Хоть это и не мой ребенок, но я очень переживаю за него и радуюсь, когда происходит что-то хорошее. Но определенную дистанцию, конечно, держать нужно.

— Как молодой человек относится к твоей профессии?

— Хорошо, гордится, рад. Но очень переживает. Потому что по сути мне пришлось закончить музыкальную деятельность, так как я сильно увлеклась этим и забыла, что здоровье важнее. В итоге получилось то, что получилось. Родители тоже все понимают и одобряют, спрашивают как дела у Вани (Анин «ученик», прим. редакции).

— Не спрашивают, зачем тебе это?

— Такого наверное не было.

— Вы работаете по жетонной системе. Расскажи подробнее, что это?

—  Это подходит не всем детям, но многим это нужно. Сама система схожа с использованием денег: накопил—купил себе что-то, что хочется. Мы не заставляем детей что-то делать. Мы пытаемся их заинтересовать. Кто-то может хотеть сладости, а кто-то игрушку или мультфильм. Конечно, хочется, чтобы однажды всем им был интересен процесс сам по себе, а как это осуществить… это уже хитрости профессии, определенные знания и масса работы.

— Какая у тебя самая большая мечта?

— Я очень хочу, чтобы для детей с аутизмом в нашей стране была адекватная их потребностям помощь, чтобы каждый из них стал самостоятельным и, главное, счастливым человеком. А если вот так глобально, я мечтаю, чтобы люди научились ставить правильные цели и обдумывать свои шаги, чтобы если процесс ради процесса, то тот, что приносит удовольствие. Чтобы время, которое дано нам и детям, мы сумели распределить правильно.

 

Беседовала Катерина Ажгирей.

Иллюстрация: Юлия Новикова.

comments powered by HyperComments