Прекариат в Беларуси: видимая и невидимая реальность

У меня существует масса вопросов по поводу мизерных пенсий и маленьких декретных отчислений, а также их «финансового потолка»; по поводу размера пособий при уходе за больным человеком; контрактной системы трудовых отношений; отсутствия оплаты больничных листов и т.д. Но, к сожалению, нет ответов и не всегда найдутся в голове возможные пути решения. Однако все это только укрепляет меня в том, что мы должны стремиться к формированию действительно социального государства, т.е. такого, которое будет обеспечивать адекватную и справедливую социальную защиту своих граждан.

Что такое «прекариат»?

Суть многочисленных определений понятия «прекариат» заключается в незащищенности и социально-экономических трудностях, с которыми сталкиваются наёмные работники. Некоторые интернет-источники сравнивают и даже синонимично заменяют прекариат проблемами работников с неполным рабочим днём. В книге Гая Стэндига «Прекариат: новый опасный класс»  прослеживается более масштабный подход, определяющий прекаризацию как ущемление работников в материальных, социальных, правовых гарантиях общей занятости, сказывающееся на их этическом и даже экзистенциальном самочувствии.

Как мой личный опыт, так и истории моих знакомых показывают, что доля прекариата в белорусском обществе постоянно растет, поэтому в нашей стране это очень актуальная и не менее важная тема, чем, например, в США. Она охватывает различные сегменты общества: от простого «работяги» на заводе до проектного менеджера в ИТ-компании. Сегодняшний работник на рынке труда совсем не защищен! Ведь зачастую «теория» не соответствует реальным историям.

Увы, проблемы прекариата не столь обсуждаемы в СМИ, как хотелось бы. И это вопрос не столько качества подачи информации, сколько страха работников придать огласке ухудшение условий труда. Далеко не все обратятся в суд за справедливым решением, скорее, просто пожалуются друзьям и знакомым, а по прошествии времени вообще могут и забыть о проблеме, хотя ее корень остался неизменным, и последующие поколения будут сталкиваться с аналогичными вызовами. И самое неприятное, что даже, доведя дело до суда, работники не всегда могут надеяться на выигрыши дел ввиду законодательства, которое своими формулировками только усиливает дерегуляцию трудовых отношений.

Формы материальной незащищенности в Беларуси

Идея базового дохода Стэндинга, по моему мнению, приобретает первостепенную важность для становления социально ориентированного государства. Она иллюстрирует государственную поддержку людей, которые по тем или иным причинам не могут зарабатывать деньги. Стэндинг верно замечает, что «если человек не может трудиться, это не значит, что он лентяй». Увы, наш «закон о тунеядстве» подчеркивает пренебрежительное отношение к нетрудоустроенным людям. В белорусском контексте оценка «работы других» находится на очень низком уровне, поэтому я живу в постоянном страхе, а что будет, если я потеряю работу по тем или иным причинам.

В настоящее время мы сталкиваемся с абсолютно разными формами незащищенности. Например, несмотря на обязанность работодателей уведомлять сотрудников об их увольнении заранее (в Беларуси и ряде европейских стран – минимум за месяц), нередко на практике работники оказываются «на улице» за неделю, а то и в этот же день, как узнали новость о своем увольнении.

Форма материальной незащищенности, особенно распространённая в странах СНГ – получение заработной платы в конверте – в корне противоречит законодательству, но, увы, на практике пользуется весьма неплохим успехом. Например, в сфере туризма, где я работала и получала лично денежное вознаграждение таким образом на протяжении нескольких месяцев.

Серьезным нарушением трудового договоры, распространённым особенно на промышленных предприятиях, может стать выполнение сотрудниками не своих должностных обязанностей.

С такой проблемой сталкивался неоднократно мой папа, который работал компрессорщиком холодильных установок на хлебозаводе и стабильно, раз в несколько месяцев убирал листья и снег возле завода. Среди работников был даже график, где была составлена очередность уборки территории чуть ли не всем составом. Предприятие, таким образом, экономило на зарплате дворников и, увы, нарушало трудовой кодекс. После неоднократных возмущений персонала этот беспредел был прекращен.

В этой связи, хотелось бы немного подробнее остановиться на одном кейсе, с которым не так давно столкнулась моя бывшая учительница.

 

Случай или системная ошибка?

Учительница по физике проработала в моей школе более 30 лет, и недавно, когда у неё пришло время выходить на пенсию, одно из министерств стало заниматься подсчётом её налоговых отчислений, премий и других пунктов для начисления «справедливой» трудовой пенсии. И оказалось, несколько лет из ее трудового стажа оказались не засчитанными из-за того, что в эти годы она не добрала часов до полной ставки. А именно, в 1988, 1991, 2001 годы в школе было мало учеников, и, например, в 2001 вместо обычных двух-трех параллельных классов одной ступени было всего только три класса (7А, 8А и 11А). И в этих «маленьких» параллелях она преподавала физику весь год, где по часам загрузка получилась в итоге примерно полставки. В то время она не могла даже предположить, что из-за внешних обстоятельств она может лишиться нескольких лет трудового стажа. Несмотря на то, что она проверяла домашние задания, проводила родительские собрания, была классным руководителем у выпускного одиннадцатого класса, ну и собственно качественно вела свой предмет, ей эти заслуги не засчитываются.

На мои возмущения о несправедливом расчёте в госструктурах, она спокойным голосом утверждала, что пенсия в Беларуси для учителей и так маленькая, и минус каких-нибудь 20-30 тысяч не играют для неё в финансовом плане никакой роли.

Но я не могла никак успокоится и вместе со своей подругой рассказала об этой проблеме в одной из гомельских газет (я родилась и училась в Гомеле), где мы попросили помощи у юристов разобраться с этим недоразумением.

В итоге, эта «стори оф хё лайф» закончилась хэппиэндом, и ей зачислили все годы в трудовой стаж, так как по нашему законодательству полный/неполный рабочий день не играет роли на начисление трудового стажа. И стало понятно, что налоговая допустила грубую ошибку в вычислениях. К сожалению, всех деталей этой истории после общения моей учительницы с юристом я не знаю, но факт остаётся фактом: при качественной, профессиональной работе учитель может недосчитаться нескольких лет. И возможно где-то есть еще учителя, которые просто смирились с положением дел, поэтому я задаю себе вопрос, является ли данный пример просто случаем или всё же системной ошибкой.

 

Почему важно читать трудовые договоры

В качестве продолжения выше изложенной истории хочу привести еще один кейс, который раскрывает причину увольнения моей коллеги с ее предыдущего места работы. Она официально трудоустроилась в ИТ-компанию на полставки, то есть на 20 часов. На собеседовании с ней было оговорено, что она будет приходить по понедельникам и вторникам на 6 часов и по средам на 8, а четверг и пятница будут её выходными днями. Первые два месяца описанный выше график работы соблюдался, однако затем начальник стал её просить выходить еще на пару часов в четверг, а потом и в пятницу. В итоге еще через 2 месяца график моей коллеги сдвинулся так, что она просто стала приходить на 4 часа каждый день, так это было удобно в плане выполняемой работы выше стоящему руководству. Когда начала обсуждать с начальником  несоответствие её приходов на работу первоначальной договорённости, получила ответ о том, что начальник ничего не нарушает. На полставки она работает, а когда именно, это неважно. И, действительно, нигде в документах, которые она подписала, не было указано её время работы.

На самом деле, как оказалось, трудовое законодательство нашей страны не содержит таких понятий, как ставка, полставки, четверть ставки, что делает работников незащищёнными в этом аспекте.

Юристы советуют обращать внимание на содержание трудовых договоров перед тем, как их подписывать, так как после подписания разобраться в споре, касающемся как времени, так и финансов, будет достаточно сложно. Но как вы понимаете, на практике это выглядит так: «Не хочешь подписывать такой договор, не подписывай. Мы найдём другого сотрудника». И наш прекариат вынужден соглашаться на ухудшения условий труда для получения заработка, чтобы как-то выживать.

Еще стоит отметить, что в первом кейсе с учителем физики отсутствие вариаций ставки в белорусском законодательстве стало для действующего лица плюсом, а в этом кейсе – уже минусом. Поэтому в борьбе за свои права необходимо всегда учитывать специфику законодательства, которое в зависимости от конкретной ситуации может как помочь, так и навредить работнику организации.


Текст: Влада Воробьёва
Иллюстрации: pinterest.com

comments powered by HyperComments